Category: фантастика

Category was added automatically. Read all entries about "фантастика".

поскольку все обсуждают укровскую эвакуацию

и хотя мне на них сугубо наплевать, но отпишусь.
я не считаю русских на индивидуальном, так сказать, уровне как-то более человеколюбивыми. вот недавно *Брат* пересмотрел - мочилово только в путь. культовый фильм между прочим.
люди бывают всякие, да. но нация должна порождать из себя нечто. высшее. то что называется *институты*. некий эгрегор, который и защищает, и спасает эту самую нацию от погибели.
и получается, что россия сумела породить лучшие по качеству институты (хотя их принято страшно ругать и это правильно) чем украина.
вот тут тоже в чем-то близкое рассуждение. https://smirnoff-v.livejournal.com/384519.html
почему - вопрос. конечно и нефть-матушка много нам помогла, денюжка исправно капала, до самого низа просачивалась, а сытый народ - он завсегда добрее. во-вторых, у меня сложилось впечатление, что укры суеверны, в прямом смысле *в русалок верят, в домовых...*  что ведет к неадекватному восприятию *порчи*, *врагов* и вообще к неадекватным действиям. типа разрыть могилу и кол осиновый в мертвеца вбить т.к. он оборотень. сплошные ведьмаки и панночки, товарищ гоголь знал о чем писал. северяне вообше более рациональны, да и атеистическое воспитание помогло.
что же касается коронавируса.
узнал новое слово *обсервация*, по простому это и есть карантин. так вот, приличное государство должно уметь разворачивать и обеспечивать эти самые обсервации. должно. коронавирус имхо не так страшен как его молюют, но на свете достаточно всякой заразы и надо иметь представление как правильно выживать. камнями от вируса не отмахаешься.

Союз добровольцев Донбасса

зы. с фотографиями по ссылке  http://kazanreporter.ru/post/2560_kazhdomu_boycu_obeschali_po_domu-_po_dva_raba_iz_chisla_separatistov

30 сентября 2017 | Интервью

В Казани открылось отделение общественной организации «Союза добровольцев Донбасса», объединяющей людей, воевавших на Юго-Востоке Украины на стороне самопровозглашенных республик. Руководителем татарстанского отделения стал Михаил Шаров. «Казанский репортер» поговорил с непосредственным участником вооруженного конфликта о том, что его заставило взять в руки оружие, войне за деньги, российских военнослужащих в Донбассе, планах дойти до Львова и присоединении Новороссии.

Михаил Шаров – личность неординарная. Лет 10 назад он был довольно известным в Казани националистом, возглавлял движение «Русский альянс» и ему приписывали участие чуть ли не в скинхедовских бандах. В 2013 году парень стал фигурантом уголовного дела по 282 статье УК РФ (возбуждение ненависти либо вражды, а равно унижение человеческого достоинства), по которой его тогда и осудили за размещение видеоролика в соцсетях. Активист стал одним из первых осужденных в республике за пост Вконтакте. Неизвестно, чем был продиктован следующий поворот в судьбе Шарова, пересмотром прежних убеждений или их логическим развитием, но в 2014 году он отправился на Украину защищать «Русский мир». Сейчас, после войны в самопровозглашенной Луганской Народной республике Михаил вернулся в Казань, где возглавил татарстанское отделение «Союза добровольцев Донбасса».

– Почему отделение вашей организации открывается в Казани именно сейчас?

– Нам нужно всех найти, всех кто поехал из Татарстана. Много у нас раненых, всем нужно помочь, обеспечить лечение. Найти все семьи погибших бойцов. У нас что–то вроде ветеранской организации. Наши основные цели и задачи – это объединение людей, отправившихся защищать мирное население Донбасса в 2014–15 годах. Некоторые до сих пор там находятся. Оказание медицинской, методической, психологической помощи раненым бойцам, тем кто остался инвалидами. Помогаем по трудоустройству вернувшимся бойцам, с социализацией. Организовываем помощь семьям погибших бойцов. В планах военно–патриотическое воспитание молодежи.

– Государство помогает в этом вопросе?

– Своими силами в основном. Мы же не являемся кадровыми военнослужащими, нас туда никто не посылал. Все поехали по доброй воле. Поэтому как таковой то помощи особо нет.

– Акцент на реабилитацию уже вернувшихся добровольцев? А если я завтра приду и скажу, что хочу поехать туда воевать…

– Нет, мы отправкой не занимаемся, категорически нет. Мы не какая–то частная военная компания. Если кто хочет ехать, можно купить билет на поезд и в интернете почитать. Мы рекрутством не занимаемся.

– Какими люди оттуда возвращаются, все–таки это война. Полноценная.

– Полноценная война, да… Здоровых мало. С людьми работают психологи. Санаторно–курортное лечение предусмотрено. Кого–то в храм отправляют, в монастырь…

– Из Казани много народу отправилось в свое время?

– Не так много. Война есть война, не каждый сможет туда отправиться. В основном люди занимались сбором гуманитарной помощи.

– Сейчас там есть воюющие добровольцы?

– Да, сейчас там часть ребят осталась, основная масса людей уехала, потому, что в республиках уже сформированы полноценные армии. Необходимость в нас уже нет. Считаю, что мы свою задачу выполнили. Пока нет активных боевых действий пока находимся здесь.

– Что должно было стать мотиватором взять в руки оружие? Большинство то, как вы говорите, гражданские люди?

– Единицы есть тех, кто раньше был кадровым военным, в основном – все гражданские. Основное чувство, которое всех сподвигло – это чувство справедливости. Когда видят, что наш народ, хоть и разделенный находится в беде, возникло желание поехать и помочь.

– Одно дело помочь гуманитарной помощью, другое брать в руки оружие. И, наверное, это был непростой шаг для каждого.

– Непростой, да… Когда ехали – не знали вернешься обратно или нет.

– Лично вы как поехали?

– Первая мысль возникла, когда в Киеве начался майдан. Когда кричали: «Москаляку на гиляку» и все прочее, уже было понятно, что это добром не кончится. Начал готовиться потихонечку. Последней каплей стала Одесса, второе мая (пожар в Доме профсоюзов, в результате которого погибли 42 человека – прим. ред.). Подкопил немножко денежку, собрал немножко обмундирование и в июне поехал.

– Кто–то помогал в этом вопросе?

– Местные ребята гуманитарщики помогали собрать. Снаряжение достаточно дорого обходится.

– Как это устроено? Вы туда приехали, какой–то пункт сбора?

– Никакого сбора. Просто купил билет на поезд, доехал. У меня там товарищ был, журналист. Звоню ему, спрашиваю, что–как? Он объясняет, что так–то и так–то можно пройти. Все, с поезда вышел, прошел (границу между Украиной и Россией – прим. ред.), добрые люди помогли пересечь границу. Приехал в батальон.

– Там какое–то распределение было?

– Нет, конкретно в батальон приехал, ночью поспал в столовой. Утром встретился с комбатом Плотницким (Игорь Плотницкий – с 23 мая по 14 августа 2014 года министр обороны ЛНР, с 20 августа по 26 августа 2014 года председатель Совета Министров ЛНР – прим. ред.), представился. Он спросил, есть ли какое–то образование, я сказал, что есть 4 года незаконченного в Артиллеристском училище. Сказали, все, значит будешь минометчиком.

– На что это было больше похоже? На партизанскую организацию?

– Да, так как четкой линии фронта не было, это было похоже больше на партизанскую войну. Вылазки постоянные, обстрел. Но первое впечатление, которое я получил, когда пересекал границу – огромная колонна беженцев. Там были женщины, дети, но больше всего меня огорчили здоровые лбы, которые вместо того, чтобы защищать свои дома просто бежали. Это был шок.

– Людей, которые отправляются на войну не в составе официальных вооруженных сил, а добровольцами, называют не очень приятным словом «наемник». Чувствуете себя наемником?

– Абсолютно нет. Были такие, кто ехал за деньгами. Они как правило, на третий день разворачивались и уезжали, потому, что было понятно, что денег там не заработаешь никак. Люди туда ехали не за деньгами. Основная масса бойцов ехала туда не за деньгами.

– Российских военнослужащих часто там встречали?

– Ни одного не видел. Это все сплетни.

– Война всегда разделяет очень сильно. У вас лично были попытки понять, что руководит людьми, которые были по ту сторону.

– Были. И с пленными общался. Пленные рассказывали, что им говорили: вы освободители, весь Луганск оккупирован чеченами. Каждому бойцу обещали по дому или квартире, по два раба из числа сепаратистов.

– Так и говорили: «По два раба»?

– Вот мы с пленными общались… Они рассказывали: «Вот, нам говорили одно, а мы приехали, и тут такие же русские, мы в шоке». Там очень мощная пропаганда была со стороны Киева. Мозги запудрили людям. ВСУшники (военнослужащие украинской армии – прим. ред.) на первых порах вообще воевать не хотели. Многие подразделения переходили на нашу сторону. А так называемые нацбаты: «Правый сектор», «Азов» и прочие, у них основной аргумент – русофобия.

– Этот конфликт решается военным путем?

– На данный момент этот конфликт военным путем вряд ли решишь. Можно было решить в 2014 году. Сейчас уже все.

– А что нужно было сделать в 2014 году?

– Просто не останавливаться, а пойти дальше. Они уже тикали. Они готовы были сдать Мариуполь, армия была практически разбита. Можно было спокойно, без больших потерь пройти до Киева, до Львова, куда угодно.

– Что остановило?

– Минские соглашения.

– Как к ним отнеслись?

– Отношение больше негативное. Можно было решить, сейчас уже не решить. Сейчас армия у них окрепла, у них инструкторы заграничные. Украинская армия сейчас не та, что была в 2014 году.

– Местные жители на что рассчитывали?

– Люди рассчитывали на крымский сценарий, что Россия заберет их обратно. Но, к сожалению, пока такого не произошло. Но люди надеются. Надежда еще осталась. В принципе, это и логично, что Донецкая и Луганская республики рано или поздно войдут в состав Российской Федерации.

– У вас есть в этом уверенность?

– У меня да. И у местного населения. Местные, конечно, подустали уже. Постоянно жить под обстрелами… Разные настроения. Но с кем я обжался, они ждут.

– Этот конфликт вами видится как однозначный: есть хорошие и плохие? Или он сложнее?

– Все сложно конечно. Тут и политика замешана и все. Нам о политике рассуждать… Мы обычные бойцы.

– Вы как–то пересматривали свое участие в этой войне? Наверняка приходилось сталкиваться со смертью, терять друзей…

– Все было. Ни о чем не жалею.

Беседовал Антон Райхштат.

P.S. По данным Союза добровольцев Донбасса воевать на стороне непризнанных республик на Юго-Восток Украины отправились около 500 татарстанцев. Сколько не вернулось - неизвестно.

ПРАВДА В АЛОЙ РАМКЕ Felix qui quod amat, defendere fortiter audet

Оригинал взят у vestniksveta в ПРАВДА В АЛОЙ РАМКЕ Felix qui quod amat, defendere fortiter audet
Пусть не вся, но Истина. Есть за что сказать благодарю. Все остальное в виде мусора о сплоченности вокруг местной гоп-компании, неинтересно. Никто вокруг гопников собираются не будет.
Люди давно плюются. Смысл собираться подле тех, кто тебя же грабит. Не стоит удивляться тому дню, когда оные останутся одни, супротив чего-то. Собираются совсем подле иных... Совсем по другим признакам Аксиомы.

Возвращаясь к мирной жизни

Оригинал взят у denyaleto в Возвращаясь к мирной жизни
«Все вы — потерянное поколение»
Гертруда Стайн


Холодное ноябрьское утро. Негустой туман. Я вышел на улицу. Уже несколько дней не мог найти тему для очередной статьи. Складывалось впечатление, что писать больше не о чем и всё стало совершенно скучно и неинтересно. В поисках вдохновения я отправился улицами родного и любимого Донецка. Эта привычка появилась у меня ещё со школы, но тогда я ещё не записывал свои мысли. К сожалению, но много неплохих идей потеряны.

У меня не было конкретного маршрута. Мне было тяжело усидеть в четырех стенах, поэтому было всё равно куда идти или ехать, но хотелось найти долгожданное вдохновение. На улице было пасмурно. Мокрый снег прилипал к поношенным кедам. Холодный ветер задувал под куртку. Погода была гнетущей.

Мне не хотелось писать о мирной жизни. Желание было сделать репортаж о прифронтовой жизни города. Нужно было ехать в северные районы, где люди продолжают жить на войне и они слышат её ежедневно, невзирая на Минские договорённости. Так как личным автомобилем я не владею, мне пришлось воспользоваться общественным транспортом. Выбор был небольшой. Местом назначения стал- железнодорожный вокзал Донецка. Последнее время информация об обстрелах ЖД вокзала не поступала, но зато местные неоднократно сообщали о звуках взрывов и перестрелок со стороны Донецкого аэропорта.

Я шел по площади Ленина. Вождь пролетариата безмолвно наблюдал за мной и окружающими. Глядя на него, казалось, что он осуждает меня за бездеятельность. В ушах громко музыка, заглушая мою совесть. В момент, когда одна песня сменяла другую, я заметил недалеко от себя компанию студентов. Пока играла песня, я не слышал, о чем они бурно беседовали. Пауза между треками дала возможность мне услышать несколько фраз. Компания бурно обсуждала прошедший дебют первокурсника в одном из Донецких ВУЗов. Они были всего на несколько лет младше меня. Внешне мы уж точно не сильно отличались. Меня до сих пор принимают за студента. Видимо, стиль в одежде и мой внешний вид вводит людей в замешательство, что всегда льстило мне. Молодые люди очень громко и эмоционально разговаривали. Их переполняли эмоции. Каждый хотел рассказать, чем он занимался в период, когда их одногруппница Янка пела на сцене; как прошел вечер в ночном клубе и сколько лайков собрало их селфи в Instagram.

Вместе с ними я дошел до ближайшей остановки и сел в троллейбус. Благополучно добрался до конечной. Вокзал радостно встречал своих гостей русскоязычной вывеской "Донецк". Не так давно убрали "ь" и ещё не все привыкли к ней. Меня это заставило улыбнуться и порадоваться в глубине души. К моему сожалению ничего интересного больше здесь я не нашел. Лишь вдалеке были слышны звуки автоматной очереди. Они слабо походили на активный стрелковый бой, скорей кто-то из бойцов выпустил очередь в воздух. В это время мирные граждане безмятежно продолжали свою жизнедеятельность, не обращая внимание на выстрелы. Увы, но вдохновение меня не посетило. Я чувствовал себя никчемным и опустошенным.

Мне не было дела до мирной жизни. Не хотелось о ней писать и рассказывать. Она слишком скучна и однообразна. Может показаться, что мне скучно и люди, как я, просто заигрались в войнушку и не понимают всей серьезности ситуации или даже жаждут возобновления боевых действий. Эти мысли неверны, потому что я не хочу войны. Скажу даже больше, я её боюсь. Но с другой стороны, без неё нет ощущение реальной жизни. Вся эта мирная жизнь создает впечатление иллюзии. Она кажется нереальной. Особенно она похожа на вымысел, когда вспоминаешь, что в нескольких километрах от тебя парни из армии ДНР живут в окопах и ежедневно вынуждены терпеть преступные обстрелы со стороны ВСУ;что в это время жители героического поселка Спартака сидят в подвалах и в мирную жизнь ходят пешком, чтоб купить продукты и вернуться на линию фронта; что на поселке Октябрьском нет отопления, света и газа, но люди каким-то образом продолжают там жить, не покидая свои родные стены.

К моему сожалению, но мы стали теми, о ком раньше читали в книгах. Если вы не сильно увлекались литературой между Первой и Второй Мировой войнами, то вам неизвестно понятие "потерянное поколение"- люди, прошедшие через Первую Мировую войну, духовно травмированные, внутренне опустошенные или остро ощущающие свою неприкаянность и отчужденность от общества. Так называют на Западе молодых фронтовиков, которые воевали между 1914 и 1918 годами, независимо от страны, за которую они воевали, и вернулись домой морально или физически искалеченными. Также их называют «неучтёнными жертвами войны». Вернувшись с фронта, эти люди не могли снова жить нормальной жизнью. После пережитых ужасов войны всё остальное казалось им мелочным и недостойным внимания. Хемингуэй, Ремарк, Фицджеральд и другие выдающиеся писатели рассказывали об этих людях в своих романах. Я с удовольствием читал эти истории, но не заметил как сам стал одним из представителей потерянного поколения. Слушая разговоры своих сверстников, я ужасался, какими ненужными вещами они интересуются. Их разговоры об учебе, тусовках, телефонах, деньгах и прочем мне казались такими несущественными, мелочными, бесполезными, пустыми, что на них не строило тратить и минуты своего времени. Так же я реагировал на новости о спортивных соревнованиях, концертах, премьерах в кинотеатрах и открытии нового ледового дворца в Донецке. Мне казалось это абсолютно неважным и напрасным. Единственное, что мне казалось имеет значение- война. Слушая разговор своих ровесников, мне вспоминалась моя первая поездка на передовую; первые слова военного офицера о трусах и кого первым находит пуля; первый свист мины над головой; первую команду "ложись"; разрывы снарядов в 15-ти метрах от нас. Всё это не дает возможности мне полностью окунуться в мирную жизнь и забыть о боевых действиях. Теперь реальная жизнь- это боевик с реалистичными спецэффектами, взрывами и смертью, а романтические драмы, мирная размеренная жизнь с кафе и ночными клубами- телевизионное развлечение.


(фото by Dan Levi)

Источник: http://dnr-pravda.ru/2015/11/27/vozvrashhayas-v-mirnuyu-zhizn/

P.S. Теперь все мои тексты, в первую очередь, будут публиковаться на официальном сайте интернет-издания "Правда ДНР" (ссылка).